Курсовая работа на тему: Поэт Олег Григорьевич Чухонцев

Введение

По словам Олега Чухонцева городская история (поэма "Однофамилец") была написана довольно быстро, но еще долго не покидала его воображения.

"Те, кому я ее прочитал, не выказали никакого одобрения, скорее наоборот" - пишет автор. "Слишком мрачно, говорили одни. Анекдот, пожимали плечами другие. Непереваренная проза, морщились третьи. Я со всеми внутренне соглашался, ведь в условиях тотальной цензуры иногда не сразу поймешь, это несостоявшаяся вещь или "непроходимая".

В год написания поэмы и во все последующее время, сопровождающееся гнетом цензуры, произведение было обречено "отлеживаться". О печати не могло идти и речи. Но за все то время, что поэма хранилась в ящике стола, автор не оставлял ее без внимания. "Я все время то дописывал что-то, то выбрасывал, уточнял и правил, пытаясь главным образом ямб классический сделать современным, а прямое зрение потеснить в пользу косвенного и внутреннего" - пишет автор.

Однако, даже со сменой политического климата, издатели относились к поэме прохладно, не желая публиковать "Однофамильца" на своих страницах. "Я много раз получал от ворот поворот, рассыпали наборы стихов, а те, которым удавалось пробиться, выходили в другое время, с десяти-двадцати-и-больше-летним запозданием, и все ничего, а тут - заело" - вспоминает автор. В итоге, в разгар перестройки, поэма была впервые опубликована в "Дружбе народов", но особого интереса не вызвала. Причем крайне незаслуженно.

Так чем же замечателен "Однофамилец", исполненный в безнадежно устаревшем жанре поэмы? Цель настоящей курсовой работы попытаться выяснить это.

Оглавление

- Введение

- Олег Григорьевич Чухонцев - один из непечатных поэтов-отщепенецев

- Чухонцев в современной русской поэме

- Городская история - неординарность форм-фактора

- Семенов и Запланированный хаос поэмы, как отражение существования мира

- Тридцатилетняя выдержка Однофамильца Заключение

- Источники

Заключение

Бытописательство, настоянное на мировой культуре - вот, пожалуй, то общее, что подмечали едва ли не все рецензенты книг Олега Чухонцева. Начиная с первых откликов, критика неизменно подчеркивала связь поэта с магистральными традициями русской поэзии и русского стиха. Помимо сознательного "пушкинианства", Чухонцеву родственны слияние окрыленности и жестокой прозы, зрительной пластикой и "метафизикой" звука, вслушиванием в позывные разлаженного мира. Вместе с тем специфическая интонация выводят его за классические рамки. Он широко обращается к обрывистым и нерасчлененным конструкциям внутренней речи - к речи, изобилующей неуверенно-вопросительными оборотами, неопределенными местоимениями, бормотливыми присловьями. Примерно того же добивались одновременно с ним андеграундные поэты-"минималисты", абсолютизируя, однако, синтаксически недооформленную речь - как навязчивый прием. Интровертивный "мысленный лепет" неожиданным образом становится уловителем сигналов из недр бытия и родной

Список литературы

1. Николаев П. Русские писатели 20 века. Биографический словарь. Рандеву. М.: 2000.

2. Чухонцев О. Из сих пределов. ОГИ. М.: 2005.

3. Чухонцев О. Солдаты литературы. НГ Еxlibris. М.: 2005, 20 октября.

4. Чухонцев О. "Цель поэзии - поэзия…" Новый мир. М.: 1999. № 8.

5. Шайтанов И. Эффект целого: поэзия Олега Чухонцева. Арион. М.: 1999 № 4.

6. Перельмутер В. Фрагменты о книге поэта. Арион. М.: 2005 № 1.

7. Роднянская И. Горит Чухонцева эпоха. Новый мир. М.: 2004 № 6.

8. Иванова Н. Ноябрьские тезисы. Знамя. М.: 2005 № 11.

9. Шульпяков Г. Чертов палец. Арион. М.: 2004 № 1.

10. Полищук Д. На ветру трансцендентном. Новый мир. М.: 2004. № 6.

11. Скворцов А. Игра в современной русской поэзии. КГУ. Казань: 2005.

12. Гаспаров М. Метр и смысл. РГГУ. М.: 2000.

13. Коркия В.П. Свободное время. Советский писатель. М.: 1988.

14. Гаспаров М. Записи и выписки. Арион. М.: 2001.

15. Вайль П. Родная речь. Независимая газета. М.: 1999.

16. Иванова Н. Русский европеец Знамя. М.: 1998. № 5.

17. Скворцов А. "Вопросы литературы". Казань. М.: 2006, №5.

18. Кенжеев Б. Арион. М.: 1996, №1.