Магистерская диссертация на тему: Биография Ивана III. Детство и юность Ивана III. Первые годы правления Ивана III

Введение

по истории

на тему:

Личность и политика

(Иван III)

ученицы 10 "В" класса

средней школы 81

Никитиной Нины.

Москва, 2000 г.

ПЛАН РЕФЕРАТА:

Оглавление

- Биография Ивана III

- Детство и юность Ивана III

- Первые годы правления Ивана III

- Борьба с Казанью

- Покорение Новгорода

- Женитьба на Софье Палеолог. Семейные дела

- Поход миром на Великий Новгород. Конец вечевой республики

- Стояние на Угре. Конец ордынского ига

- Покорение Твери и Вятки

- Успехи внешней политики Ивана III

- Внутренние преобразования

- Личность Ивана III

- IV. Заключение

- Середина XV столетия застала русские земли и княжества в состоянии политической раздробленности. Существовало несколько сильных политических центров, к которым тяготели все остальные области каждый из подобных центров проводил вполне независимую внутреннюю политику и противостоял всем внешним врагам. Такими средоточиями власти были Москва, Новгород Великий, уже не раз битая, но всё ещё могучая Тверь, а также литовская столица - Вильно, которой подвластна была вся колоссальная русская область, именовавшаяся Литовской Русью. За полтора века до этого рассеяние политической власти и силы было значительно большим независимые центры, фактически самостоятельные государства на той же территории можно было исчислять десятками. Политические игры, междуусобья, внешние войны, экономические и географические факторы постепенно подчинили слабых сильнейшим прежде всего Москве и Литве сильнейшие же приобрели такое влияние и такую мощь, что могли претендовать на власть над всей Русью

- Появилась возможность создания единого государства. Выгоды его образования состояли прежде всего в способности общими силами организовать противостояние многочисленным внешним неприятелям татарским ханствам, образовавшимся после распада Золотой орды, литовцам, ливонским рыцарям и шведам. Помимо этого оказались бы невозможными внутренние междуусобные войны, а экономическое развитие было бы облегчено введением единого законодательства, единой монетной системы и единых систем мер и весов

- Однако окончательное объединение русских земель и княжеств в могучую державу требовало целого ряда жестоких, кровавых войн, в которых одному из соперников надлежало сокрушить силы всех остальных. В не меньшей степени необходимы были внутренние преобразования в государственной системе каждого из перечисленных центров продолжали сохраняться полузависимые удельные княжества, а также города и учреждения, имевшие заметную автономию. Их полное подчинение центральной власти обеспечивало тому, кто первый сумеет это сделать, крепкие тылы в борьбе с соседями и увеличение собственной военной мощи. Иными словами, наибольшие шансы на победу имело отнюдь не государство, обладавшее наиболее совершенным, наиболее мягким и демократичным законодательством, но государство, внутреннее единство которого было бы непоколебимым

- Прошло менее полувека. Не стало Новгородской республики и великого княжества Тверского, литовский рубеж далеко отодвинулся на запад безоговорочно победила Москва. Она же подчинила себе Казань и Пермь Великую, отбила шведов и ливонцев. Невероятное, с трудом представимое усилие создало за эти несколько десятилетий Московское государство, Россию. До Ивана III, взошедшего на великокняжеский престол в 1462 г., такого государства еще не было, да и вряд ли кто-нибудь мог вообразить себе саму возможность его возникновения в столь короткий срок и в столь впечатляющих границах. Во всей русской истории нет события или процесса, сравнимых по своему значению с образованием на рубеже XV - XVI вв. Московского государства. Эти полстолетия - стержневое время в судьбе русского народа. Крещение Руси при Владимире, монголо-татарское нашествие, Петровские реформы, Октябрь 1917 г. и победа над Германией в 1945 г. - все это менее значимо. То, в каких условиях и как шло становление Московского государства, на пять веков предопределило социальную, политическую и культурную историю не только русского, но и во многом всех народов Восточной Европы

Заключение

Государства похожи на людей. Они рождаются, растут, крепнут, стареют и умирают. В истории Русского государства, центром которого стала Москва, вторая половина XV столетия была временем юности - быстро расширялась территория, одна за другой следовали военные победы, завязывались отношения с далёкими странами. Старый обветшавший Кремль с небольшими соборами уже казался тесным, и на месте разобранных древних укреплений выросли мощные стены и башни, сложенные из красного кирпича. Внутри стен поднялись просторные соборы. Засияли белизной камня новые княжеские терема. Сам великий князь, принявший гордый титул "государя всея Руси", облачился в златотканые одеяния, а на своего наследника торжественно возложил богато расшитые оплечья - "бармы" - и драгоценную "шапку", похожую на корону. Казалось, молодое государство выросло из своих старых одежд и теперь примеряло роскошные, блистающие наряды, подобающие его новому состоянию.

Но, для того чтобы каждый - будь он русский или иноземец, крестьянин или государь соседней страны - осознал возросшее значение Московского государства, одного внешнего великолепия было недостаточно. Необходимо было найти и новые понятия - идеи, в которых отразились бы и древность русской земли, и её независимость, и сила её государей, и истинность её веры. Этим поиском занялись русские дипломаты и летописцы, князья и монахи. Собранные воедино, их идеи составили то, что на языке науки называется идеологией.

Начало формирования идеологии единого Московского государства относится к периоду княжения великого князя Ивана III (1462-1505 гг.) и его сына Василия (1505-1533 гг.). Именно в это время были сформулированы две основные идеи, остававшиеся неизменными на протяжении нескольких столетий, - идеи богоизбранности и независимости Московского государства.

В 70-80-х гг. XV в. произошёл целый ряд важнейших для русской государственности событий. С присоединением Новгорода (1478 г.), Твери (1485 г.) и Вятки (1489 г.) Москва в основном завершила дело почти двухвекового "собирания" северных и восточных русских земель. В 1480 г. пало монголо-татарское иго. Русские послы отправлялись в дальние страны, владыки которых привыкли смотреть на московских князей лишь как на данников ордынских ханов. Теперь же всем предстояло узнать, что на востоке Европы появилось новое и сильное государство - Россия. Иван III и его окружение выдвинули новую внешнеполитическую задачу - присоединить западные и юго-западные русские земли, находившиеся под властью Великого княжества Литовского.

В политике далеко не всё решается одной военной силой. Стремительное возвышение власти великого князя московского привело его к мысли о необходимости искать достойные обоснования своим действиям. Следовало объяснить вольнолюбивым новгородцам и гордым тверичам, почему именно московский князь, а не тверской или, к примеру, рязанский великий князь, является законным "государем всея Руси" - единственным владыкой всех русских земель. Нужно было Доказать чужеземным монархам, что их русский собрат ни в чём не уступает им - ни в знатности, ни в могуществе. Надо было, наконец, заставить Литву признать, что она владеет древними русскими землями "не по правде", незаконно.

Тем золотым ключом, который подобрали создатели идеологии единого Русского государства сразу к нескольким политическим "замкам", стало учение о древнем происхождении власти великого князя. Об этом думали и раньше, но именно при Иване III Москва со страниц летописей и устами послов громко заявила, что власть свою великий князь получил от самого Бога и от своих киевских прародителей, владевших в Х-XI вв. всей русской землей. Подобно тому, как возглавлявшие русскую церковь митрополиты жили сначала в Киеве, затем во Владимире, а позднее в Москве, так и киевские, владимирские и, наконец, московские великие князья самим Богом были поставлены во главе всех русских земель в качестве наследных и полновластных христианских государей.

Именно на это ссылался Иван III, обращаясь в 1472 г. к непокорным новгородцам: "Вотчина моя это, люди новгородские, изначала: от дедов, от прадедов наших, от великого князя Владимира, крестившего землю Русскую, от правнука Рюрика, первого великого князя в вашей земле. И от того Рюрика и до сегодняшнего дня знали вы единственный род тех великих князей, сначала киевских, и до самого великого князя Дмитрия-Всеволода Юрьевича Владимирского (Всеволод Большое Гнездо, владимирский князь в 1176- 1212 гг.), а от того великого князя и до меня... владеем мы вами...". Тридцать лет спустя, во время мирных переговоров с литовцами после удачной для России войны 1500-1503 гг., посольские дьяки Ивана III подчёркивали: "Русская земля от наших предков, из старины, наша отчина... хотим за свою отчину стояти, как нам Бог поможет: у нас Бог помочник и наша правда!"

"Старину" дьяки вспомнили не случайно. В те времена это понятие было очень важным. Ценным и законным считалось то, что имело свою "старину", которую признавали ещё деды и прадеды и которая понималась как плод мудрости многих поколений. Даже тогда, когда в жизни появлялось что-то новое, его часто старались одеть в одежды "старинного". Так уж был устроен человек средневековья! Именно поэтому великому князю было очень важно заявить о древности своего рода, показать, что он - не выскочка, а правитель русской земли по "старине" и "правде".

Не менее важна была и мысль о том, что источником великокняжеской власти является воля самого Господа. Это ещё больше возвышало великого князя над его подданными, которые, как писал один иностранный дипломат, побывавший в начале XVI в. в Москве, постепенно начинали верить, что "воля государя есть воля Божья". Провозглашаемая "близость" к Богу накладывала на монарха ряд обязанностей. Ему надлежало быть благочестивым, милостивым, заботиться о сохранении его народом истинной православной веры, творить справедливый суд и, наконец, "боронить" (защищать) свою землю от врагов. Конечно, в жизни далеко не всегда великие князья и цари соответствовали этому идеалу. Но именно такими хотел их видеть русский народ.

Новые идеи происхождения власти великого князя московского, древности его династии позволили ему уверенно заявить о себе среди европейских и азиатских правителей. Русские послы давали понять иностранным владыкам, что "государь всея Руси" - независимый и великий правитель. Даже в отношениях с императором Священной Римской империи, который в Европе признавался первым монархом, Иван III не желал поступаться своими правами, считая себя равным ему по положению. По примеру того же императора он приказал вырезать на своей печати символ власти - увенчанного коронами двуглавого орла. По европейским образцам был составлен и новый великокняжеский титул: "Иоанн, Божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных".

При дворе начали вводиться пышные церемонии. Своего внука Дмитрия, впоследствии попавшего в немилость, Иван Ш венчал на великое княжение по новому торжественному обряду, напоминавшему обряды венчания византийских императоров. О них Ивану могла рассказывать его вторая жена - византийская принцесса Софья Палеолог...

Так во второй половине XV в. в Москве создавался новый образ великого князя - сильного и полновластного "государя всея Руси", равного по своему достоинству императорам.

Вероятно, в последние годы жизни Ивана 1П или вскоре после его смерти в придворных кругах было написано сочинение, призванное ещё больше прославить род московских князей, наложить на него отблеск величия древних римских и византийских императоров. Это сочинение получило название "Сказание о князьях владимирских".

Автор "Сказания" старался доказать, что род русских князей связан с самим царём "всеа вселенныа" Августом - императором, правившим в Риме с 27 г. до н.э. по 14 г. н.э. У этого императора, говорилось в "Сказании", был некий "сродник" (родственник) по имени Прус, которого он послал правителем "на берега Вислы-реки в города Мальборк, и Торунь, и Хвоини, и преславный Гданьск, и во многие другие города по реке, называемой Неманом и впадающей в море. И жил Прус очень много лет, до четвёртого поколения; и с тех пор до нынешних времён зовётся это место Прусской землей". А у Пруса, говорилось дальше, был потомок, которого звали Рюрик. Этого-то Рюрика и позвали новгородцы к себе на княжение. От Рюрика произошли все русские князья - и великий князь Владимир, крестивший Русь, и 'правнук его Владимир Мономах, и все последующие - вплоть до великих князей московских.

Связать свою родословную с древними римскими императорами стремились почти все европейские монархи того времени. Великий князь, как мы видим, не стал исключением. Однако на этом "Сказание" не кончается. Далее оно повествует о том, как в XII в. древние царские права русских князей были особо подтверждены византийским императором Константином Мономахом, приславшим великому князю киевскому Владимиру (1113-1125 гг.) знаки императорской власти - крест, драгоценный "венец" (корону), сердоликовую чашу императора Августа и другие предметы. "И с тех пор, - гласит "Сказание", - великий князь Владимир Всеволодыч стал именоваться Мономахом, царем великой Руси... С тех пор и доныне тем венцом царским, который прислал греческий царь Константин Мономах, венчаются великие князья владимирские, когда ставятся на великое княжение русское".

У историков достоверность этого предания вызывает большие сомнения. Но современники отнеслись к "Сказанию" иначе. Его идеи проникли в московское летописание XVI столетия и сделались важным звеном официальной идеологии. Именно на "Сказание" ссылался Иван IV (1533- 1584 гг.), добиваясь признания за собой царского титула. Не забывал он о нём и впоследствии, гордо напоминая иностранным государям, что его род ведётся от самого Августа-кесаря.

Центром, где создавалась новая идеология, была Москва. Однако о новом значении Московского государства задумывались не только в Кремле. Образованные люди размышляли об этом повсюду.

Долгими бессонными ночами при дрожащем свете лучины думал о судьбе России, о её настоящем и будущем монах Псковского Елеазарова монастыря Филофей. Свои мысли он изложил в посланиях великому князю Василию III и его дьяку Мисюрю Мунехину.

Филофей был уверен, что Россия призвана сыграть в истории особую роль. Она - последняя страна, где сохранилась истинная православная вера в своём первоначальном, неиспорченном виде. Вначале чистоту веры сохранял Рим, но постепенно вероотступники замутили чистый источник. На смену Риму пришёл Константинополь, столица Византии, - "второй Рим". Но и там от истинной веры отступили, согласившись на унию (объединение) с католической церковью. Произошло это в 1439 г. А в 1453 г. в наказание за этот грех древний город был предан в руки "агарян" (турок). "Третьим" и последним "Римом", центром мирового православия, стала с тех пор Москва.

"Так знай, - писал Филофей Мунехину, - что все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве... и это - российское царство: ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвёртому не бывать!"

Из этого Филофей сделал вывод, что русский государь "во всей поднебесной есть христианам царь" и является "сохранителем... святой вселенской апостольской церкви, возникшей вместо римской и константинопольской и существующей в богоспасаемом граде Москве". Однако Филофей отнюдь не предлагал великому князю силою меча привести все христианские земли под свою власть. Его идея была в другом. Чтобы Россия стала достойна этого высокого предназначения, он призвал великого князя "хорошо урядить своё царство" - искоренить в нём несправедливость, немилосердие и обиды.

Идеи Филофея в совокупности составили так называемую теорию "Москва - третий Рим". И хотя эта теория не вошла в официальную идеологию, она подкрепила одно из важнейших её положений - о богоизбранности России, став вехой в развитии русской общественной мысли.

Идеология единого Московского государства, основа которой была заложена во второй половине XV - начале XVI вв., продолжала развиваться в XVI-XVII столетиях, приобретая более законченные и вместе с тем неподвижные, окостеневшие формы. О первых же десятилетиях её создания напоминают величественные соборы Московского Кремля и гордый двуглавый орёл, в начале 90-х гг. XX столетия вновь ставший государственным гербом России.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Энциклопедия "История России и ее ближайших соседей", М., "Аванта +", 1995 г.,

2. Ю. Г. Алексеев "Государь Всея Руси",

3. Энциклопедия "Всемирная история",

4. В. Ф. Антонов "Книга для чтения по истории СССР с древнейших времен до конца XVIII века", 1988 г.,

5. Карамзин Н. М. "История государства российского".